Австро-Венгрия в исторических очерках

В новейшей истории монархии Габсбургов исходным пунктом движения, завершившегося ее распадом после войны 1914 года, является 1859 год, когда несчастный исход итальянской войны лишил ее части итальянского владения и поставил вопрос о необходимости внутренних преобразований. Шестидесятые годы были временем создания той конституции, с которою разноплеменная монархия прожила до своего распада. Режим централистического абсолютизма, характеризующий австрийскую историю в первой половине XIX века, кончился, но федералистическим стремлениям, с такою резкостью проявившимся в 1848 году, не удалось победить, когда в 1867 году единая Австрийская империя превратилась в дуалистическую Австро-Венгрию в силу состоявшегося соглашения между двумя дотоле политически преобладавшими в монархии нациями — немцами и мадьярами.

Другой важной переменой в истории Австрии было тогда же совершившееся исключение ее из Германии, равно как из объединенной Италии, где она потеряла и остававшуюся под ее властью Венецию. Только позднее она получила компенсацию в виде Боснии и Герцеговины. История австро-венгерского «аусглейха» 1867 года, его выработка и возобновление через десятилетние сроки и вообще история взаимных отношений обеих половин двуединой монархии составляет одну из тем ее исторической литературы. С 1867 года по всем внутренним делам Австрия и Венгрия имеют разную историю: конституционный принцип во второй из них был осуществлен с большею последовательностью, чем в первой, а кроме того, мадьяры в своем королевстве достигли и большей степени националистического централизма, нежели то оказалось возможным сделать у себя австрийским немцам.

Самая характерная черта австрийской (в узком смысле) истории, это борьба национальностей, которая так резко обозначилась еще в 1848 году и снова проявилась, как только в начале шестидесятых годов пре шлого века совершился переход к конституционной жизни. В австрийском парламенте, т. е. рейхсрате, образовались чисто национальные партии; иначе, политическая группировка обусловливалась не столько социальными, классовыми интересами, сколько национальными, хотя, конечно, и сами национальные партии разделялись на более консервативные и аристократические или более прогрессивные и демократические группы, ведшие борьбу и в областных сеймах, где, однако, тоже была возможна и действительно происходила национальная борьба. Нередко рейхсрат из-за распрей представителей отдельных народностей делался совершенно неработоспособным, особенно когда в нем, с конца XIX века, довольно часто меньшинство стало пускать в ход обструкцию. Смена министерств в Австрии, несмотря на то, что ее конституция не была парламентской, нередко обясняется неудачами тех или других политических деятелей в их политике, то более боевой, то более примирительной. Малейшие уступки славянам вызывали со стороны австрийских немцев такое неудовольствие, что многие из них не скрывали своего тяготения к Германии.

Когда в Австрии вслед за объединенной в союз Германией началось рабочее движение под знаменем социализма, то и тут в австрийском социализме произошли национальные разногласия с образованием чисто национальных партий, которые вождям немецкой социал-демократии не удалось объединить в одно целое. Не утихла эта борьба и после того, как Австрия в конце XIX века и в начале XX века от цензовой избирательной системы перешла ко всеобщему избирательному праву, что демократизировало всю конституцию.

Вот почему рядом с историческими трудами, касающимися всей Австрии или всей Венгрии, существует литература, относящаяся к таким землям, как Чехия, Галиция, Хорватия. Главным идеалом чехов было восстановление старого, исторического права «земель короны св. Вацлава»; в Галиции поляки достигли значительной областной автономии и удерживали за собою привилегированное положение по отношению к украинцам; хорватам удалось заключить с мадьярами особое соглашение, ставившее их в другое положение, нежели то, в каком находились в Венгрии словаки, угро-русы, румыны и сербы. Для судьбы Австро-Венгрии наиболее важным оказалось развившееся в начале XX века юго-славянское (сербо-хорватское) движение, из-за которого в 1914 году Австрия и объявила войну Сербии.

В течение всей второй половины XIX века, начиная еще с 1848 года, и в начале ХХ столетия царствовал здесь только один государь, Франц-Иосиф, искусно лавировавший между опасными для его власти обстоятельствами и отношениями. В этом длинном царствовании следует различать, принимая в расчет, главным образом, общие для всей монархии события следующие эпохи: время реакции централистического абсолютизма (1848—1859 гг.), исключения Австрии из Италии и из Германии и неопределенности внутреннего положения после провозглашения конституции (1859—1867 гг.), первых лет австровенгерского дуализма до оккупации Боснии и Герцеговины и до заключения тесного союза с Германией (1867 —1879 гг.), обострения национальной борьбы в Австрии, вызвавшего первую реформу избирательной системы (введение курии всеобщего избирательного права) и осложнения взаимных отношений обеих половин монархии (1879 — 1897), расстройства австрийского конституционализма и кризиса австро-венгерского аусглейха (1897—1906 гг.) и времени с введения в Австрии всеобщего избирательного права в 1906 году, с прекращения кризиса в австро-венгерских отношениях в 1907 году и с аннексии Боснии и Герцеговины в 1908 г. до начала мировой войны, за которой последовал распад Австро-Венгрии на три государства (Австрию, Венгрию и Чехо-Словакию) с отходом значительной части прежней территории монархии к соседям (к полякам, румынам, к итальянцам и к сербам).

О первом из шести указанных периодов речь шла уже в предыдущих статьях. Дальнейшее относится к 1859— 1914 гг. По истории Австрии во второй половине XIX века существуют указанные отчасти в предыдущем выпуске труды Гельферта с исхода венского октябрьского восстания 1849 года; Фридьюнга об Австрии в 1848 —1860 годах и о борьбе за преобладание в Германии от 1859 по 1866 год; Харлгаца от 1848 до 1907 г., и об австро-германской политике, внутренней и внешней, Сосновского. О Габсбургской политике, кроме того, что имеется в известной «Чешской политике», см. в трудах об об‘единении Германии и в биографиях или обзорах царствования Франца-Иосифа, наполняющего собою вторую половину XIX и начало XX века. На русском языке об этом государе имеется книга С. Г. Лозинского представляющая собою популярный очерк австрийской истории, за все последнее время, а в самой Австрии о Франце Иосифе есть ряд книг, большею частью вызванных празднованием его пятидесятилетнего юбилея в 1898 году, каковы особые сборники и индивидуальные работы Эммера Смолле, Рогитока и др. Имеется и более поздняя английская книга Грибля. Таким образом, недостатка в литературе, освещающей австро-венгерскую политику с середины XIX века, никоим образом не ощущается, но в этом отношении мы имеем дело с общим явлением, с необычайною производительностью по части исторических работ, посвященных современной истории повсеместно. К этому нужно прибавить еще отделы о монархии Габсбургов в общих трудах по новейшей истории, указанных в своем месте, в особенности же большую историографию, касающуюся отдельных периодов и эпизодов, отдельных вопросов и лиц и т. п., которая указывается ниже.

Прежде всего, конституционный вопрос, породивший в шестидесятых годах очень оживленную полемику в политической прессе, а потом сделавшийся предметом целого ряда специально посвященных ему книг, брошюр и статей. Центральное место принадлежит в этой литературе австро-венгерскому соглашению («аусглейху») 1867 года, в силу которого унитарная монархия превратилась в дуалистическую с общими монархом, министерством иностранных дел, военными силами и т. п., но с совершенно различными конституциями, с отдельными министерствами по большей части внутренних отношений, с разными государственными языками и т. д., вследствие чего с 1867 года можно говорить о совершенно особых австрийской и венгерской историях. Кроме отчасти уже указанных раньше общих трудов по государственному праву европейских держав, равно как сборников конституций, специально об австро-венгерском дуализме есть ряд работ, который постепенно увеличивался, благодаря тому обстоятельству, что соглашение было заключено на десять лет и должно было периодически возобновляться, а в конце периода возобновление это встречало препятствия в разных условиях внутренней политики Австрии.

Сюда входят частью однородные по своему содержанию и даже иногда сходные по заглавиям своим работы на немецком, мадьярском, чешском, польском языках Эйзенлита, Гертнера, Оффермана, Ригера, Фидлера, Шпрингера, Аппоньи и др. Все они касаются австро-венгерских отношений, но есть еще и более специальные труды по австрийской и венгерской конституциям, как в изображениях их исторического возникновения и развития, так и в догматических и аналитических изложениях. Конституционная история Австрии рассказана Раутером и особенно в пятитомном труде Густава Кольгера доведенном до 1895 года, а также в книге фон-Визера с публицистическим прогнозом будущего, важнейшим же трудом по государственному праву Австрии считаются компендиум известного социолога и государствоведа Гумпловича и более новая книга Улъбриха. Последняя входит в коллекцию Марквардсена, к которой принадлежит и «Венгерское государственное право» Иеллинека. Из двух половин Австро-Венгрии вторая была государством более централизованным, с более господствующим положением мадьярской национальности, как «державной», с большим ограничением власти монарха, что в последние времена уже сопровождалось появлением партии, которая желала еще большей независимости и даже перенесения центра общей политики из Вены в Будапешт.

В основе национальной борьбы лежало неравенство прав языков отдельных национальностей, осложненное еще так называемыми историческими правами некоторых из них. В Венгрии установилось господство мадьярского языка над всеми остальными, кроме хорватского, так как Хорватии удалось добиться признания за собою известной автономии, как области, составлявшей когда-то самостоятельное королевство. Правовое положение Хорватии определено было в 1868 г. особым венгерско-хорватским соглашением, о котором писали очень многие авторы, как Кукулевич-Сакцинский, Горн, Пливерич и др. Другие национальности в Венгрии очутились в бесправном положении. В австрийской половине монархии шла более интенсивная борьба на почве языкового вопроса, законодательство по которому было и сложно, и изменчиво, хотя, как это можно видеть хотя бы, напр. из конституции и из работы Гелъферта *), принципиально была признана равноправность языков. О самом этом законодательстве можно назвать работы Фишеля, Тоболки и др., специально касающиеся, например, чешского языка.

Со стороны австрийских немцев всегда проявлялись централистические и германизаторские стремления, о чем говорят, между прочим, многие произведения немецкой публицистики на темы об особом положении и миссии немцев в монархии, о ее чисто немецком характере, о государственном значении немецкого языка. Уступки, делавшиеся национальным требованиям, например, чехов, сильно раздражали австрийских немцев, которые в конце прошлого столетия даже начали выказывать тяготение к Германии и пангерманистические стремления.

Национальная борьба происходила не только в венском рейхсрате, часто делая его неработоспособным, но и в отдельных частях монархии. Особенно сильной была она в Богемии-Чехии, где численно преобладающая народность отстаивала права своего языка, а ее политические вожди боролись за ее историческое государственное право.

Лучшим (коллективным) трудом по истории австро-чешских и внутренних отношений в Богемии является уже неоднократно называвшаяся «Чешская политика», изданная на чешском языке и при участии наиболее видных чешских ученых и политиков. Здесь нет никакой возможности обозреть хотя бы только часть публицистики о чешском вопросе в Австрии с момента перехода последней к конституционной жизни с историческими обзорами отдельных периодов борьбы. Общий обзор истории чешского народа с 1861 года до конца XIX века дал на чешском языке Срб, о чешском вопросе писал выдающийся ученый и крупный политический деятель Масарик, о чешском государственном праве Калоусек, Кралгарж о правах чешского языка Вашатый и Невшилгаль. Очень хороший общий обзор чешско-немецких отношений представляет собою французская книга чеха Бенеша под заглавием «Австрийские проблемы и чешский вопрос» о том же повествует французская же книга Бурлье.

Другой коронной землей Австрии, заслуживающей выделения для особого рассмотрения, была Галиция, где полякам удалось сделаться настоящими господами положения, достигнув того, чего чехам никогда не удавалось по отношению к немцам, и вместе с тем первенствовать над другим местным населением — украинским. По истории политического возрождения Галиции есть книга трех авторов: М. Бобржин-ского, В. Яворского и Милевского7). Двухтомный польский труд Фельдлгана о польских политических партиях дает общий очерк истории Галиции, делающийся более подробным с 1846—1848 годов. Тоже самое можно найти в переведенных книгах Студницкого и Л. Василевского.

Все предыдущее свидельствует о той сложности, какую представляет собою австро-венгерская история в конституционном периоде существования монархии Габсбургов. Были очень запутаны во второй половине этого периода австро-венгерские отношения и вообще сложны внутренние отношения австрийской половины монархии, равно как в Чехии с ее чешско-немецким спором, в Галиции с ее польско-русинской распрей и т. п. Национальные отношения сильно влияли на образование австрийских политических партий, что видно из посвященных этому работ, большею частью, однако, говорящих лишь об отдельных моментах, как то дают, кроме указанной книжки С. Лозинского, работы Фрейтага и Киндерллана или журнальные статьи об этом. В этом отношении в лучшем положении, чем австрийские политические партии, находится избирательное право (как известно демократизировавшееся), о котором есть отдельные работы, не считая, конечно, журнальных статей.

Экономическая и социальная история Австро-Венгрии и отдельных земель, входивших в ее состав, разработана сравнительно мало а главное — нельзя назвать ни одного труда, который сколько-нибудь целостно охватывал бы этот предмет. Здесь приходится просто называть отдельные книги, группируя их по немногим категориям. О торговой политике Австрии писали Пеец, Ад. Беер, Грунцель. Книга последнего касается и австро-венгерского соглашения, которое имело не только политическое, но и экономическое содержание. К этому следует прибавить указанные выше книги об образовании средне-европейского таможенного союза. Оба вопроса тесно связаны между собою. Австрия, как страна более промышленная, и Венгрия, наоборот, земледельческая, одна другую дополняли, но в комбинации с Германией с ее более развитою промышленностью выгода не могла бы быть на стороне монархии Габсбургов. Что касается Венгрии, то в начале XX века вышло кое-что проливающее свет на ее экономическую жизнь. Наконец, сначала оккупация, потом аннексия Боснии и Герцеговины давали повод к появлению работ об экономическом значении этого края.

Не особенно велика литература и об австрийском социализме. Все главное сводится к работам Дейча, Швехлера, Дашинского, Левинского, Иорая и к статьям в «Чешской политике», да кое-каким журнальным статьям.

Не очень значительна и литература об отдельных политических деятелях Австро-Венгрии. Как о самом императоре, царствовавшем в этом периоде писали очень мало по сравнению с его германскими современниками, так же мало писали и о главных деятелях его царствования. Любопытно, что более значительные политические биографии в данном случае говорят о деятелях не немецкого происхождения. Таков прежде всего трехтомный труд Вертгеймера об австровенгерском министре иностранных дел, знаменитом мадьяре Андраши. Имеются две книги о поляках: Лозинского о Голуховском и Видмара о Смольке и работа Яна о чехе Ригре.

В заключение укажем на некоторые книги по вопросу о международном положении Австрии в дополнение к тем трудам о ее внешней политике, которые были указаны выше и отчасти указываются далее по вопросу об объединении Германии. Это, во-первых, публицистические этюды французов Щерадама и Hене Анри, следивших за перипетиями австрийской политики на рубеже ХIХ и XX веков, а также публицистические работы англичанина (скорее шотландца) Сетона Ватсона о юго-славянских отношениях Австро-Венгрии, а также большая статья Крамаржа более общего содержания.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.