Дворец дожей в Венеции

Торговое посредничество между Востоком и Западом способствовало политическому росту и экокомическому обогащению Венецианской республики. И отражением этого могущества стал величественный Дворец дожей в Венеции, в котором, по словам французского искусствоведа И. Тэна, собран «весь гений города в лучшую его эпоху… чтобы прославить отечество летописью его побед и апофеозом величия». Дворец дожей всегда был резиденцией не только дожа, но и правительства. Здесь решались судьбы Венеции и подвластных ей территорий, здесь торжественно праздновали победы над врагом и вершили суд над теми, кто осмеливался посягнуть на государственные устои.

Как и собор Св. Марка, палаццо Дукале строили и украшали в течение столетий. Первое его здание, возведенное в К К) году на островах Риальто, представляло собой крепость с башнями и подъемными мостами, со всех сторон окруженную водой. В 976 году часть знати и народ восстали против дожа Пьетро Кандиани IV и сожгли его резиденцию. Вместо неё венецианцы построили новую крепость, но и она в 1106 году сгорела, однако вновь была восстановлена.

В XII веке, когда венецианские мастера принялись воздвигать здание Дворца, уже не было необходимости строить его как крепость. Вместо фортов у Республики имелся величественный флот, поэтому крепостные стены и башни в новом дворце возводить не стали, а сохранившийся ров засыпали. Но, видимо, одна из сохранившихся башен была потом включена в здание собора Св. Марка (это та часть, где разместилась сокровищница).

Еще в XIII веке во Дворце дожей организовали склад оружия, чтобы все было готово к любой непредвиденной случайности. Сегодня в этих залах выставлены бесценные музейные экспонаты.

К XIV веку Дворец обветшал и пришел почти в негодность, поэтому в 1309 году (при доже Себастьяно Дзиани) венецианцы стали возводить новое здание Дворца, которое потом достраивали и расширяли вплоть до XVI века. Трудами многих талантливейших умов и рук было создано это ни с чем не сравнимое архитектурное сооружение. Как будто в насмешку над всеми законами архитектуры массивная верхняя часть Дворца дожей покоится на легких ажурных арках. При первом взгляде кажется, что здание поставлено фундаментом вверх, а крышей вниз, настолько нелогична сама система его фасада: две ленты слабых опор внизу и высокая сплошная стена наверху. Но открытая аркадная галерея первого этажа — не художественный каприз, а чудесное укрытие от южного солнца. Это место, где любому прохожему приятно отдохнуть и полюбоваться видом одного из самых прекрасных в мире архитектурно-природных пейзажей.

Галерея второго этажа — это воздушный балкон, затеняющий с юга и с запада сравнительно небольшие официальные помещения и соединяющий их. Комбинация во Дворце дожей ажурных галерей и гладкой стены насыщает необычайным богатством композиционных контрастов весь фасад, открытый навстречу ансамблю Пьяцетты и простору венецианской лагуны.

Отделка дворцовых фасадов велась в основном с середины XV века, когда прежнее увлечение готической традицией сменилось у венецианцев стремлением к более гармоничным формам Ренессанса. Отказавшись от готической филигранности, они сделались поклонниками мягкой закругленности архитектурных форм. Светлый фасад Дворца дожей, выходящий на площадь, имеет одну мрачную деталь. Во втором ярусе 9-я и 10-я колонны сделаны из мрамора довольно густого красноватого оттенка — между этими колоннами объявлялись смертные приговоры.

Дворец дожей имеет только один коридорообразный вход-портал — громадные бронзовые ворота, которые называются «Porta della Carta» («Врата бумаги»). Происхождение этого названия ученые трактуют двояко. Возможно, оно произошло от находившегося неподалеку архива документов или, может быть, потому, что когда-то здесь сидели писцы и помогали горожанам составлять жалобы и прошения.

Портал этот создал в 1438-1441 годах архитектор Дж. Б. Бон, и «Врата бумаги» являются единственным в Венеции памятником типичной готики — со скульптурой и башенками. Обилие орнаментов на входе доведено до предела, а тонкость их исполнения поистине ювелирна. Кружево орнаментов когда-то блистало позолотой и лазурью. Скульптурная группа над входом изображала крылатого льва св. Марка и коленопреклоненного перед ним дожа Ф. Фоскари. В XIX веке барельеф заменили новым, а от старой скульптуры сохранились только фрагменты.

Во внутреннем дворе, окруженном двухъярусными мраморными аркадами и украшенном восемью древнегреческими скульптурами, обращает на себя внимание статуя генерала М. делла Ровере, герцога Урбинского (работа скульптора Д. Бандини). Посередине двора до сих пор сохранились два бронзовых колодца-водоема, которые поставляли во Дворец лучшую во всей Венеции воду. Множество торговок ежедневно заполняли двор и оттуда доставляли питье даже в самые отдаленные кварталы Венеции.

Из внутреннего двора во Дворец ведет громадная «Лестница гигантов», вырубленная из чистейшего каррарского мрамора. В 1554 году на верхней площадке лестницы установили огромные мраморные статуи Марса и Нептуна — военного и морского покровителей Венеции (работа Я. Сансовино). С тех пор Лестница и получила свое название.

На верхней площадке Лестницы происходили торжественные церемонии, совершаемые Венецианской республикой, и самой пышной из них было венчание дожа. Тогда Лестница превращалась как бы в гигантский трон, а старейший член Большого сонета возлагал на голову нового правителя драгоценный убор — символ власти дожа. В 1570 году на Лестнице гигантов был коронован дож Альвизе Корнаро — один из создателей Священной лиги, одержавшей победу над турецким флотом при Лепанто.

В XVI веке во Дворце дожей построили Золотую лестницу, по которой из галереи второго этажа во Дворец могли входить только те венецианцы, чьи имена значились в «Золотой книге». Она хранилась в особой комнате, которая была устроена еще в 1180 году. По Золотой лестнице теперь можно попасть в жилые покои дожей, сохранившие свое убранство — потолки и массивные камины.

Золотая лестница вела в «Зал Большого совета» — самый большой зал не только в Венеции, но и во всей Италии: его размеры — 54х25х15 метров, и в нем могли свободно разместиться одновременно до 3000 человек. Здесь принимали законы и устраивались приемы в честь почетных гостей Венецианской республики. Зал — двусветный, а окна его выходят на лагуну. Огромный плоский потолок был затянут роскошными живописными полотнами, окаймленными позолоченными узорами.

В «Зале Большого совета» у восточной стены на возвышении установлены трон дожа и кресла шести членов Малого совета. Над ними всю стену занимает одна из самых больших картин в мире — «Рай» Я. Тинторетто (ее размеры — 22х7 м). На этой картине художник с удивительным мастерством скомпоновал сотни фигур, будто увлекаемых космическим вихрем.

Когда-то «Зал Большого совета» украшало полотно Тициана «Битва при Кадоре», над которым художник работал с большим увлечением. Во время создания этого шедевра Тициан часто посещал конюшню в Кампальто, где содержались лучшие кони венецианской армии. Старший конюх оказывал ему всяческую помощь. Тициан просил его вывести и показать на ходу то арабских скакунов черной масти, то серо-коричневых — цвета львиной шерсти, то белых далматинских… А потом вспугивал их щелчками хлыста, чтобы кони взвивались на дыбы, или заставлял их вставать на колени. Однажды он увидел, как молодой конюх еле сдерживает храпящего от злости огненно-рыжего жеребца, и попросил его проскакать на нем верхом. А сам быстро делал наброски в альбоме.

«Битва при Кадоре» Тициана стала первой исторической картиной эпохи Возрождения, но сейчас, к сожалению, она известна только по копиям.

«Зал Большого совета» соседствует с «Залом выборов» (или «Залом жребия»). Во времена Республики в нем проходило публичное баллотирование чиновных лиц, а иногда и их осуждение. Здесь же выносились и приговоры. Массивный потолок «Зала выборов» богато украшен резьбой и позолотой. На картинах зала представлены аллегорические сюжеты, написанные художником Падованино.

Верховный суд Венецианской республики вершился в «Зале Совета десяти», о котором в прежние времена венецианцы думали с содроганием. Перед ним располагается «Зал компаса» — некогда передняя «Зала Совета десяти», а заодно и инквизиции, в котором осужденные с трепетом и ужасом ожидали приговора. Здесь же находилась и всем известная «Львиная пасть», в которую опускались сообщения и доносы.

Плафон «Зала компаса» был расписан Веронезе, и на первом большом овале художник изобразил «Триумф Венеции», фоном для которого служит великолепное архитектурное сооружение с огромными спиральными колоннами. Внизу видны фигуры всадников, как бы попирающих пленных врагов; ныне — балюстрада, за которой изображены мужчины и женщины, а над ними в виде богини представлена Венера, окруженная аллегорическими фигурами Славы, Силы и Богатства.

В одном из овалов плафона находилась композиция «Святи Марк, окруженный святыми», но в 1797 году картина была вывезена в Париж и выставлена в Лувре, где вызвала восторг и удивление посетителей…

Веронезе пригласили для работы во Дворце дожей, украшенном до того времени более или менее случайно, в 1553 году. Автором литературной программы росписей Дворца был Даниэле Барбаро — один из крупнейших венецианских патрициев, известный также своими научными и литературными трудами. В качестве главной темы росписей он предложил тему величия, сипы, мощи и несокрушимости Венеции, справедливости и непререкаемости решений ее государственных органов.

Работа над росписями Дворца дожей продолжалась три года. Веронезе отошел от техники фрески и, согласно старой венецианской традиции, вкомпоновывал написанные на холсте композиции в роскошные резные позолоченные рамы. Для «Зала приемов» он выполнил четыре огромных полотна. На картине Веронезе «Юпитер, изгоняющий пороки» драматически насыщенная композиция в аллегорической форме выразила карательные функции Совета десяти: стремительно спускающийся с неба Юпитер, поддерживаемый орлом, бросает огненно-красные молнии в фигуры, олицетворяющие пороки и преступления — измену, взяточничество, предательство и другие.

Эта и другие картины («Юнона, осыпающая дарами Венецию», «Старость и Юность», «Свобода») так понравились заказчикам, что росписи «Зала делла Буссола» они поручили уже одному Вернезе. Центральную композицию этого зала художник посвятил небесному покровителю города — «Святому Марку, коронующему добродетели», а по сторонам расположил «Римские триумфы» и «Аллегорию Победы».

Однако из картин Веронезе остались только «Старик, сидящий у ног женщины» и некоторые другие. Лучшие полотна — «Юнона, осыпающая дарами Венецию» и «Юпитер, громящий пороки» — были вывезены из Венеции. Первая из них находится сейчас в Брюсселе, вторая выставлена в Лувре.

С величайшим богатством и тщательностью отделан «Посольский зал» Дворца дожей. Чужестранец сразу мог здесь почувствовать могущество и славу Венецианской республики. Грандиозность размеров зала, сказочная роскошь его обстановки, убранство из драгоценных материалов соединялись с бесценными художественными произведениями. Среди них — четыре огромные картины Я. Тинторетто: «Дож Андрео Гритри, преклоненный перед Святой Девой, ангелами и святыми», «Обручение святой Екатерины», «Святая Дева в вечной славе» и «Дож Мочению перед явившимся ему Спасителем».

Главную стену в «Посольском зале» украшает огромного размера композиция Веронезе — «Дож Велье, Венеция, святая Ж пуста и аллегория Веры преклоненные взирают на явление Спасителя в Его славе, окруженного сонмом святых, ангелов и архангелов». Весь фон картины наполнен облаками, происходящими от этого чудесного небесного видения. Только на правой стороне полотна, позади коленопреклоненных фигур, видна Венеция, опирающаяся на море, покрытое многочисленными судами и гондолами.

…В непосредственной близости от Дворца дожей находится здание тюрьмы, история которой окутана легендами и преданиями. Когда-то в одной из ее камер добровольно провел ночь английский поэт Д. Г. Байрон, чтобы пережить ощущения, испытываемые узниками. Здание тюрьмы с Дворцом дожей соединено Мостом вздохов, сооруженным из истрийского камня. Мост устроен на уровне второго-третьего этажей Дворца дожей и разделен на два коридора: по одному можно было войти в тюрьму, по другому — выйти. Сквозь его зарешеченные окна осужденные, прощаясь со свободой, бросали последний взгляд на море, солнце и небо… По нему проводими и приговоренных к казни.

А снаружи Мост вздохов выглядит даже приветливо. Он повис над узким каналом, упершись концами в стены Дворца и тюрьмы, которая использовалась до 1919 года. В настоящее время с моста можно любоваться видом лагуны, а по вечерам из проплывающих под мостом гондол слышатся звуки гитары и пение…

Марино Фальери

Теперь речь пойдет о известном заговоре, который был раскрыт еще до выступления мятежников. Но сначала нужно сделать небольшое отступление, чтобы рассказать, что в прекрасных залах Дворца дожей собирались люди, обладавшие изящными качествами придворного и дипломата, энергией полководца и вельможи, мужеством и силой солдата, предприимчивостью и находчивостью моряка, сдержанностью и расчетливостью купца. Между государством и частным лицом тогда не существовало сложной административной системы, специальных учреждений и органов. Война не была делом особой армии, а мореплавание — делом особого флота; дипломатия не являлась привилегией особого «корпуса», а торговля не была в руках торговых фирм и банков. Одни и те же люди торговали и плавали, вели переговоры и создавали законы, завоевывали ближние страны и исследовали дальние. Их лица мы можем видеть на великолепных портретах Тициана и Тинторетто. Особенно характерны портреты дожей — старые, морщинистые, испытанные жизнью лица. Их угрюмые, подозрительные глаза близоруко глядят из-под надвинутой золотой короны.

В «Зале Совета десяти» помещены превосходно написанные портреты всех дожей, правивших в Венеции. Но овальная рама, где должен быть портрет дожа Марино Фальери, покрыта черным траурным полотном. Под ней сделана надпись: «Здесь место Марино Фальери, казненного за измену». Таким образом, второй заговор возглавил сам дож, который решил узурпировать власть и превратить Венецианскую республику в герцогство. Венецианские источники повествуют, что побудительной причиной для заговора стала личная обида дожа.

Марино Фальери, прославившийся как полководец и дипломат, был избран дожем в 1345 году. Он возвращался в галере из Рима в Венецию. Когда он был уже на виду города, поднялся Iустой туман и гондольер причалил к ступеням Пьяцетгы между двумя гранитными колоннами, где, как говорилось выше, обычно совершались казни над преступниками. Марино Фальери принял это обстоятельство за дурное предзнаменование.

Через семь месяцев после своего избрания дож устроил великолепный праздник. Марино Фальери было тогда уже 80 лет, по это не помешало ему жениться на молоденькой дочери одного из своих друзей.

В числе гостей находился Микеле Стено, который в один из моментов праздника пылко поцеловал жену дожа. Этот поступок, извинительный в маскараде, совсем не понравился суровому Марино Фальери. Без всяких околичностей он приказал вытолкать несчастного Микеле Стено. Раздраженный обидой, нанесенной ему перед возлюбленной и в глазах всей венецианской аристократии, блуждая по комнатам дворца, тот оказался в «Зале Совета десяти» и на дубовой спинке кресла дожа сделал оскорбительную надпись: «У Марино Фальери красавица жена, которую он содержит, а другие ею пользуются».

На другой день надпись эта была открыта, и влюбленного Микеле Стено заключили в тюрьму. Совет десяти, обсудив дело, принял во внимание молодость виновного, его заслуги перед республикой и пламенную любовь и положил «выдержать его два месяца в темнице, а потом на год изгнать из Венеции».

От такого решения Марино Фальери пришел в бешенство, увидев в нем новое оскорбление. Тогда он вступил в сговор со служителями Арсенала, составлявшими его личную гвардию, а также с И. Бертуччио, который вызвался собрать недовольных, на чье содействие можно было рассчитывать. Так родился заговор, цель которого состояла в истреблении всех патрициев, которые по звону колокола собора Св. Марка соберутся в «Зале Совета десяти».

Но провидение разрушило этот план. Один из знавших о дне выступления предупредил своего клиента, чтобы тот в это время не появлялся перед Дворцом дожей. Предупрежденный сообщил об этом Совету десяти, члены которого произвели дознание и раскрыли заговор. 15 апреля 1355 года (в намеченный день заговора) состоялся суд над самим Марино Фальери. Дож, представ перед Советом десяти, во всем признался и был приговорен к смертной казни. Через два дня, ранним утром, члены Совета десяти отобрали у дожа знаки его достоинства, щит с гербом Марино Фальери был разбит, а сам он обезглавлен во дворе собственного палаццо. Мятежного дожа подвергли еще и посмертному поруганию: его положили в могилу с отрубленной головой, зажатой между ногами… Так поцелуй, совершенный в маскараде влюбленным юношей, стоил жизни 80-летнему дожу могущественной Венецианской республики и еще 100 заговорщикам.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.