Урбанизация в России

Немного истории

Русское государство до монголо-татарского нашествия норманны называли «Гардарика» — то есть страна городов. Их сеть тогда (в XI-XII вв.) была действительно довольно густой, но сами города были невелики по размерам, чаще всего — несколько сот жителей, которые занимались не только торговлей и ремеслом, но и, как правило, сельским хозяйством (правда, оно чаще всего являлось не главным, а побочным источником доходов — своего рода «страховкой» на случай неудач в основной деятельности). Совершенно другой облик имели тогдашние «столицы» Руси — Киев и Новгород — с десятками тысяч жителей и гораздо более «городским» образом жизни.

Во время монголо-татарского нашествия десятки городов были полностью разрушены и сожжены; многие из них так и не были восстановлены. Но начиная с XIV века снова начинается создание новых городов, в основном — на новых, присоединяемых к Московскому государству, территориях. Большинство новых городов поэтому создавалось в первую очередь в качестве укрепленных пунктов, крепостей, а уж затем (под защитой крепостных стен) в них развивались торговля и ремесло.

Процессы индустриализации хозяйства России, бурно происходящие после 1861 года (когда было отменено крепостное право и крестьяне получили личную свободу), повлекли за собой быстрый рост крупных городов за счет выходцев из села. Еще более интенсивно эти процессы развивались в период «социалистической индустриализации», в 1930-х годах, когда практически все государственные средства были мобилизованы для создания тяжелой промышленности. Это потребовало, в частности, проведения коллективизации в деревне (поскольку мелкие собственники были менее «управляемы»: у них гораздо сложнее было отбирать продукты их труда), введения паспортной системы в городах (Чтобы жестко контролировать передвижения людей по территории страны. С этого момента возникает институт «прописки»: человек может поселиться в любом городе только в том случае, если местная милиция разрешит ему это — то есть «пропишет» по определенному адресу), карточной системы распределения продуктов питания в городах (причем количество и качество продуктов зависело от того, где и кем человек работает — то есть таким образом работник «привязывался» к своему предприятию), строительства жилья в городах почти только для работников промышленных предприятий (причем квартиры не продавались и не арендовались, а предоставлялись практически бесплатно, и чем «важнее», крупнее было предприятие, тем большая часть его работников имела шанс получить квартиру) и так далее.

Свой вклад в индустриализацию внесли миллионы заключенных и ссыльнопоселенцев, трудами которых были построены многие из гигантских промышленных предприятий, стоящих в буквальном смысле на костях людей. Справедливости ради отметим, что использование принудительного труда для осуществления «технологического прорыва» в России осуществлялось и ранее: например, при строительстве Санкт-Петербурга (в болотистой и очень нездоровой ранее местности) погибли десятки, если не сотни тысяч человек — до тех пор, пока эта местность преобразилась человеком (проведены осушительные работы, укреплены берега рек, созданы парки).

К концу 1930-х годов российское общество совершенно изменило свой характер: были ликвидированы свободная торговля и крестьянское сельское хозяйство, введена система жесткого контроля за всеми общественными процессами; и в то же время — почти вдвое (с 18 до 34%) выросла доля городского населения, рядом с новыми заводами возникли десятки городов, были созданы новые промышленные районы (Кузбасс, Южный Урал и другие).

После Второй мировой войны рост городского населения продолжался быстрыми темпами; в 1958 году его доля превысила 50%, а к настоящему времени составила уже 75%.

Такой бурный рост городского населения привел к тому, что подавляющая часть горожан сегодня — либо выходцы из села, либо их дети (то есть горожане в первом или во втором поколении).

В развитии российских городов всегда большую роль играли административные функции. От того, являлся ли город центром области (или ранее — губернии), зависело порою больше, чем от его хозяйственного развития и числа жителей. Вся сеть городов была строго централизована, и в ней резко выделялись следующие ранги:

1) столица России — Москва;

2) центры автономных республик, краев и областей (в основном — большие города);

3) центры административных районов (в основном — малые города).

Поскольку управление государством было сверхцентрализованным, то практически все средства государственного бюджета собирались в центре страны, а затем уже начиналось их перераспределение. Центральные органы, естественно, вначале направляли достаточно большие средства на развитие Москвы, а остальное делили «по областям». В каждой области наибольшее внимание уделяли своему центру, а остаток делили на все районы. Наконец, в районах эти очень небольшие средства тратили в первую очередь на развитие районного центра.

В этой система в наихудшем положении оставались те города, у которых статус не соответствовал их потенциалу. Например, Петербург (фактически вторая столица России) рассматривался (и финансировался) почти как обычный областной центр; а такие крупнейшие города как Магнитогорск, Нижний Тагил, Новокузнецк и другие, не являвшиеся областными центрами, имели почти столько же прав и денег, как и малый город — центр административного района.

В 1920-х годах на нынешней территории России было два города, с числом жителей более 1 миллиона — Москва (около 2 млн.) и Петербург (около 1,5 млн.) и еще 15 больших городов (более 100 тысяч жителей). В настоящее время городов-миллионеров — 13, а других больших городов — 150. В больших городах проживает около 60% городского населения России — примерно как в Западной Европе, но меньше, чем в США (около 77%).

Наибольшая концентрация городов-«миллионеров» — в Поволжье и на Урале. На берегах Волги расположено четыре «миллионика» (а если к ним добавить Саратов (людностью 900 тыс. чело век, но имеющий на другом берегу Волги свое продолжение — г. Энгельс со 180 тыс.), то общее число волжских «миллионеров» будет пять — третья часть таких городов в России.) и столько же на Урале — то есть эти два района сосредоточили 2/3 крупнейших российских городов. На всей огромной территории Азиатской России — лишь два «миллионера» (Омск и Новосибирск). Этот город, возникший на пустом месте в 1903 г. (после пересечения р. Оби Транссибирской железной дорогой), за 60 лет стал центром Сибири и городом-миллионером, обогнав в этом отношении Чикаго (которому потребовалось 90 лет, чтобы набрать миллион жителей).

Наибольшая доля городского населения в России — в Мурманской области (92%), она высока и в других районах с экстремальными природными условиями (где очень трудно заниматься сельским хозяйством): Сахалинская область (85%), Магаданская и Камчатская области (по 81%). С другой стороны, доля горожан велика в наиболее урбанизированных промышленных районах; Свердловской и Кемеровской областях (87%), Челябинской, Ивановской и Ярославской (82%), Самарской и Тульской (81%). В Московской области доля городского населения с учетом Москвы — 91%, а без нее — 79%.

Наименьшая доля горожан — в нерусских регионах: в Дагестане (44%), Калмыкии, Чечне и Ингушетии (по 46%), Туве (47%). Среди русских регионов наименее урбанизированы Краснодарский и Ставропольский края (по 54% городского населения), Курганская (55%), Тамбовская (57%) и Курская (59%) области; все они имеют благоприятные природные условия и развитое сельское хозяйство.